ВЗГЛЯД НА ФЕЙНМАНА МАЛООБРАЗОВАННОГО ЧЕЛОВЕКА

Валентин Л. Телегди

Теоретические концепции Фейнмана открыли широкие возможности для экспериментаторов, а его подход к физике возвысил роль их работ.

 

Я случайно узнал, что PHYSICS TODAY готовит специальный номер памяти Ричарда Фейнмана, чья смерть около года назад так потрясла его собратьев-физиков во всем мире. Просматривая предварительный список авторов этого мемориального выпуска, я с удивлением отметил, что он состоит почти полностью из теоретиков. И хотя видные теоретики, очевидно, лучше всего подходят для восхваления выдающегося вклада Фейнмана в их области, что-то существенное может быть потеряно для читателя из-за этого ограниченного выбора. Фейнман был не теоретиком для теоретиков, а физиком для физиков и учителем для учителей.

Что сделал Фейнман для экспериментаторов? На мой взгляд, две вещи. Во-первых, он дал нам (или вернул?) чувство собственного достоинства. Он, не обращавший внимания на авторитеты, дал нам возможность обратить внимание на самих себя. Он сделал это двумя путями. Он подчеркивал, что физика - это экспериментальная наука, и поэтому засохнет без фактов. Он глубоко понимал эксперимент и мог указать на источник ошибки, ускользавший от самих экспериментаторов. Быть спрошенным им - опыт горький, но щедро вознаграждаемый. Помимо того, он давал нам уверенность, срывая маску формализма с лица простых фактов, так что мы могли глубже понять смысл и значение нашей собственной работы. Для него, как и для Энрико Ферми, разница между теоретиком и экспериментатором была разницей в технике, а не в интеллектуальной компетентности.

Во-вторых, его интуиция часто открывала возможности для эксперимента в областях, считавшихся до этого бесплодными. Где была бы, скажем, нейтринная физика высоких энергий (предмет самого актуального интереса) без партонной модели? Я помню времена, когда заслуживающим уважения считалось только упругое рассеяние протонами; фейнмановская картина подняла рассеяние из "отбросов". То же можно сказать и об адронном "мусоре", который образуется в результате отдачи в процессе рассеяния, - теперь это такой богатый источник информации, как струи.

Не переформулируй Фейнман квантовую механику, не изобрети он диаграммы, не заложи - вместе с Мюрреем Гелл-Манном - краеугольный камень теории слабых взаимодействий, он все равно остался бы в памяти поколений благодаря Фейнмановским лекциям по физике, его трехтомному [в русском издании - девятитомному (прим. пер.)] вводному курсу (написанному совместно с Робертом Лейтоном и Мэттью Сэндсом). Быть может - Фейнман сам часто поднимал этот вопрос, - что курс не попал в цель настолько, чтобы заинтересовать студенческую аудиторию. Но он определенно сделал и делает очень много для преподавателей.

Для некоторых из нас Дик Фейнман был уважаемым другом, для многих из нас - уникальным источником вдохновения, для всех нас - незаменимым учителем. Его имя останется в повседневном обиходе как специалистов, так и начинающих студентов.

 

Валентин Телегди - профессор физики в Eidgenossische Technische Hochschule в Цюрихе, Швейцария. Ранее он был Enrico Fermi Distinguished Service Professor of Physics в университете Чикаго.

Характерным жестом Фейнман иллюстрирует столкновение частиц и, таким образом, подчеркивает существенную роль экспериментов по рассеянию. Фотография сделана в 1978, во время чтения популярной лекции на семинаре выпускников Калтеха.

Вернуться